Живая традиция сегодня

Родная вера живёт не только на большом молении. Она живёт каждый день — тихо, дома, в роду.

Дома и в роду

Мы зажигаем свечу и говорим с Инешкипазом своими словами: перед дорогой, перед делом, в день памяти. Молимся за семью, за детей, за ушедших. Учим младших именам и обычаям. Так вера и передаётся — не из книги, а из рук в руки. Как молиться дома — Дома — малый озкс.

Снова вместе

Эрзяне сходятся на родовые моления — и в сёлах, и там, где живут вдали от дома. Возвращаются те, кто вырос без этого и однажды захотел узнать, чьего он рода. Возвращаются по-разному: кто через слово, кто через песню, кто через огонь.

И приезжают отовсюду. На одно из молений у Чукал сошлось несколько тысяч человек: с Волги и Урала, из Москвы и Петербурга, из Мурманска и Красноярска, с Ямала — и из дальних стран: Эстонии, Финляндии, Одессы, из Америки, даже из Китая. Приходят и наши финно-угорские братья — мари, удмурты, коми, ханты. Порой едут на один день — к одному огню. Как написали тогда участники, «вы зажгли свечу — символ духа, разума, единения».

Давление и стойкость

Нас не оставили в покое и сегодня. В 2007 году на самом Раськень Озксе власти вместе с церковью сдвинули моление со священного маара на обычную поляну и превратили его в концерт с эстрадой на чужом языке. Старшие назвали это балаганом и поруганием памяти предков, что лежат в кургане. Потом на молении у нас отбирали эрзянский флаг, пели про «русскую душу» и стращали «экстремизмом». Мордовская епархия встретила возвращение нашей веры в штыки.

И это не впервые. В 1629 году последнее общее моление в Чукалах разогнали войска. После крестили силой и рубили керементи. А теперь родной язык объявляют «необязательным» и зовут раствориться, стать как все.

Мы ни на кого не идём войной и чужой веры не трогаем. Но стереть себя не дадим. Наша вера — не «отсутствие веры» и не «экстремизм»: это вера нашего рода. Мы её не отдадим. Стоять тихо и твёрдо — тоже моление.

Бережно

Мы не торопим и не зовём силой: так с нами уже поступали, и мы знаем цену этому. К своему возвращаются сами. Наше дело — сберечь огонь и держать дверь открытой.